Вышла в свет книга заместителя руководителя Нижегородского отделения ИППО архимандрита Тихона (Затёкина) под названием «„…Я понял, что это меня уже никогда не отпустит“. Романовы: убийство, поиск, обретение»
Наталия Розанова
Первый венок на могилу Царской семьи
О книге архимандрита Тихона (Затёкина)
«„…Я понял, что это меня уже никогда не отпустит“.
Романовы: убийство, поиск, обретение».
Место захоронения находится на Старой Коптяковской дороге в районе так называемого Поросенкова лога. Его изображение помещено автором на лицевой стороне обложки. Здесь в течение семидесяти трех лет, под шпальным мостиком, в безвестности, пролежали останки последнего русского Императора Николая II, его Семьи и их слуг –– это целый собор святых, и эта земля ― величайшая святыня православной России.
На обратной стороне обложки ― снимок, сделанный здесь же, в Поросенковом логу, более сорока лет назад. На нем группа открывателей тайного захоронения в день обретения останков, 1 июня 1979 года.
Для автора книги данная тема ― глубоко личная, потому что впервые он прикоснулся к ней еще в далекие 1980-е годы, в дни своей юности, и более тридцати лет она была тайной его жизни.
Историки-исследователи темы поиска и обнаружения захоронения под шпальным мостиком не подозревали о том, что тайна о нем была достоянием не только шести участников раскопок 1979 года. Были и еще несколько человек из близкого окружения открывателей, посвященных в нее. Таким посвященным оказался и автор книги, архимандрит Тихон, который знал обо всем из первых рук, и еще в те годы состоял в дружеском знакомстве с открывателями: Г. Т. Рябовым, А. Н. Авдониным, Г. П. Васильевым.
О чем же эта книга и почему автор взялся за ее написание? Он открыто указывает на это на первых же странницах, говоря, что его работа стала исполнением завета-просьбы или завещания первооткрывателя Гелия Трофимовича, который обратился ко всем, кто был свидетелем открытия Царского захоронения или исследования останков, со словами: «…Сделайте над собой усилие и напишите об этом. Вы знаете очень много, не дайте этому пропасть. Вы просто обязаны»/1/.
Таким образом, действительно много знавший архимандрит Тихон взялся, как точно отмечает один из рецензентов книги, за «…большой, убедительный и необходимый труд — не только подлинно исследовательский, но и великонравственный»/2/.
В книге представлены две рецензии: профессора кафедры философии МГОУ, доктора философских наук В. А. Песоцкого и доктора философских наук, академика Российской академии естественных наук В. К. Батурина. Введение к книге составлено доктором исторических наук, профессором Российского государственного педагогического университета и Санкт-Петербургской Духовной Академии С. Л. Фирсовым.
Эта книга о «судьбоносных исторических событиях в нашей стране длиною больше века»/3/— об убийстве Царской семьи Романовых и разгадке главной его тайны.
Работа архимандрита Тихона содержит колоссальный иллюстративный материал, обильно дополняющий исследование, — в нем около 1500 фотоснимков, многие из которых публикуются впервые.Это не только фотографии, изображающие лица и события, но и документы, планы местностей, публикации, письма, свидетельства, артефакты.
Последовательно выстроенные воспоминания всех свидетелей, а также размещенные в хронологическом порядке архивные и фотоматериалы позволяют автору книги поэтапно осветить всю историю поисков и раскопок в Поросенковом логу 1979-го и 1980 годов. В работе автором использовались фотопленки, рукописи, письма и документы из архива Г. Т. Рябова, хранившиеся его вдовой Ольгой Александровной.
Интересна уникальная переписка между открывателями Г. Т. Рябовым и А. Н. Авдониным периода 1970-1980-х годов, прежде совершенно недоступная историкам и исследователям. Автор предоставил огромный эпистолярный пласт свидетельств, который позволяет досконально изобразить, как велись поиски.Это было совсем непростой задачей, требовало от открывателей мужества, дерзновенного творческого мышления, анализа, которым в особенности обладал Гелий Рябов.
Из переписки отчетливо представляется то, как Гелий Трофимович, человек имевший опыт работы следователя, провел свое собственное расследование, став главным вдохновителем поисков и основным теоретиком его важнейших открытий.
В конце 1970-х годов именно Рябовым и Авдониным была найдена на руднике у Ганиной ямы Открытая шахта, в которой в 1918 году большевики неудачно пытались утопить тела жертв из дома Ипатьева. Когда шахта была обнаружена, тогда же Авдонин составил карту-схему всего рудника.
Удивляет то, что еще сорок лет назад Гелий Трофимович находил убедительные профессиональные ответы на вопросы, которые звучат в полемике вокруг царских останков до сегодняшнего дня. Например, возражая Авдонину и доказывая, что останки непременно должны сохраниться, Гелий Трофимович писал ему в письме следующее: «Цитирую учебник Судебной медицины: „В воде гниение совершается в два раза медленнее, чем на воздухе“… „В местах с глинистой почвой трупы долго и хорошо сохраняются“… „В случае большой кровопотери гниение замедляется“… „Кости… сохраняются тысячелетиями“… „Хорошо сохраняются трупы в торфяных болотах“…
С учётом воздействия кислоты мог образоваться и так называемый „жировоск“ и т. д.»/4/.
Последнее замечание Рябова особо следует отметить, оно сделано до вскрытия захоронения, но позднее его подтвердило само дело. Найденные останки действительно неплохо сохранились, некоторые из них находились в состоянии жировоска, поскольку почвы в месте захоронения были глинистые и влажные.
Энтузиастам было известно из документов, что захоронение скрыто в полотне дороги под шпальным мостиком, неподалеку от железнодорожного переезда. Очертания мостика смог заметить и разглядеть с высоты дерева геолог Михаил Кочуров, которого привлек к поискам Александр Авдонин. Вскоре же,в 1979 году, группа под руководством Гелия Рябова вскрыла участок старой Коптяковской дороги и шпальный мостик, под которым и лежали останкиСемьи последнего российского Императора и их слуг.
В переписке первооткрывателей обращает на себя внимание то, что уже тогда, Гелий Рябов называл Коптяковскую дорогу «крестным путем»/5/, несомненно выражая так свое отношение к испытанию, выпавшему на долю Царственных страст