Российская плавучая выставка в Восточном Средиземноморье в начале ХХ века. Н.М. Горбунова

Среди донесений и аналитических записок российских консулов начала ХХ в., выписанных на карточках и в тетрадях еще в давние советские времена Ириной Михайловной Смилянской и любезно предоставленных мне для дальнейшей аналитической обработки, есть ряд любопытных материалов. Они касаются очень крупного российского проекта по расширению торговли со странами Ближнего Востока. Консульские архивы, относящиеся к этому времени, содержат массу документов, свидетельствующих о внимании российских представительств к вопросам торговли отечественными товарами, в том числе продуктами сельского хозяйства и сырьем. 

Еще в 1880-х годах российский консул в Сирии Константин Дмитриевич Петкович отмечал слабость торгово-экономических связей между отечественными и ближневосточными портами. Хотя судно Русского общества пароходства и торговли (РОПиТ) совершало раз в неделю рейс из Одессы в Бейрут и Александретту, русские товары перевозились преимущественно на греческих и итальянских судах. 

Однако со временем ситуация стала меняться в лучшую сторону. Из России была направлена на Ближний Восток экспедиция для изучения торговых возможностей и потребностей в русских товарах. Русские промышленники и купцы стали более активно стремиться к расширению внешней торговли. 

О торговых связях России с Османской империей на рубеже Х1Х-ХХ вв. и, в частности, о Русской плавучей выставке, писала в свое время И.М. Смилянская в статье «Из истории русско-сирийских связей»1. Она отмечала, что для царского правительства этот вопрос имел и внешнеполитическое значение, поскольку торговля была важным рычагом политического влияния на Порту. Шла настоящая борьба за турецкие рынки, и возникла необходимость осуществить целый ряд специальных мероприятий для развития торговли. 

Русско-японская война, а затем революция 1905 г. на время отодвинули в сторону вопрос о внешней торговле. Но затем нужно было срочно выводить промышленность из экономической депрессии. В русские консульства Османской империи, в том числе и в Сирии, поступали многочисленные запросы относительно возможностей поставок промышленных товаров. Серьезность этих намерений свидетельствовала о том, что русское купечество осознавало свой огромный потенциал и стремилось к дальнейшему развитию и расширению торговых связей. 

К 1906 г. РОПиТ уже имело в Бейруте своего торгового агента Н. Кацефлиса и, получив от генерального консула в Сирии князя Гагарина сообщение «о быстро идущем развитии деятельности порта Кайфы (Хайфы)», решило учредить и там свое представительство. Переписка, в которой содержались различные запросы и сведения о фирмах и коммерсантах, шла постоянно2. В конце 1908 г. Совет «общества для защиты интересов и развития одесской промышленности», объединявшего фабрикантов и заводчиков Одессы, учредил русское торговое общество «Восток». Оно было призвано не только расширять русскую торговлю на Ближнем Востоке, но и бороться там с английской, французской и иной конкуренцией. Такое решение было принято после того, как «выяснилась серьезность реформаторского движения в Турции и тесно связанного с ним обновления Оттоманской империи. Учитывая существующий в Одессе тридцатилетний опыт по торговым сношениям с Турцией, Египтом и балканскими государствами, Совет пришел к убеждению в необходимости немедленного выступления русских фабрикантов на ближневосточных потребительских рынках. Совет при этом руководствовался следующими соображениями: наша промышленность стоит перед длительным кризисом. Этот кризис тем более должен обратить на себя внимание русских фабрикантов, что причины его - истощение платежеспособности русского населения, полное оскудение внутренних потребительских рынков. И, как бы счастливо ни сложилась в дальнейшем экономическая жизнь страны, кризис все же будет затяжным... Этот длительный процесс развертывающегося во все стороны кризиса должен тяжело отозваться на фабриках и заводах с сотнями тысяч русских рабочих. Настанет момент - а в некоторых отраслях он уже настал, - когда предприниматели не в состоянии будут поддерживать производство на существующем уровне»3. 

Генеральному консулу в Бейруте был послан запрос о том, с какими фирмами могли бы иметь торговые отношения русские предприниматели, что можно продавать на местных рынках, с какими банками4 иметь дело, с какими купцами и т.п. 

Согласно консульским данным, в 1908 г. и в последующие годы в Сирию из России везли в основном керосин, сахар, спирт, муку, строевой лес и даже галоши, а в ограниченном количестве - кожу, посуду, фарфор, фаянс, карамель, картофель, смолу, спички и т.д. В Россию же оттуда везли ковры, восточную мебель, столярные изделия, лимоны и др.5 

В одном из документов Главного управления землеустройства и земледелия за 1908 г. сообщалось: «В последние три года начался, хотя и в незначительных размерах, вывоз из России сельскохозяйственных машин и орудий в Румынию, Турцию и отчасти Сербию. Расширение сбыта земледельческих орудий для наших машиностроителей представляется крайне желательным, так как оно даст толчок качественному и количественному развитию нашего машиностроения, причем на пути, проложенном более сильными фирмами.»6. 

Торговые связи со странами Восточного Средиземноморья, к которым так стремилось русское правительство, подкреплялись некоторой демонстрацией военно-морских сил. Ежегодно, судя по консульским отчетам, Бейрут, Хайфу, Яффу и другие портовые города посещали русские канонерки. Например, по поводу пребывания в Бейруте в июне 1911 г. канонерки «Уралец» консул доносил: «Считаю долгом подчеркнуть чрезвычайно благоприятное впечатление, производимое посещением нашими судами здешних портов, хотя можно пожалеть, что столь малыми». Появление этих судов служит напоминанием «здешним “патриотам”, что флот еще существует в России»7. 

Рекламный плакат Плавучей выставки русских товаров 1909-1910 гг.
Фото: Непочтовые марки

Весьма значимым и ярким событием в летописи русско-ближневосточной торговли явилась Русская плавучая выставка, проходившая в декабре 1909 - январе 1910 г. Выставка была организована на одном из лучших пароходов «Император Николай II» по предложению РОПиТ и при поддержке русских правительственных кругов, в частности, Совета съезда промышленников юга России. Выставка представляла 60 фирм с совокупным оборотом 3,5 млрд руб.8 

Впечатлял и маршрут выставки: Одесса - Ялта - Одесса - Варна - Бургас - Константинополь - Салоники - Пирей - Александрия - Порт-Саид - Яффа - Хайфа - Бейрут -Триполи - Александретта - Мерсина -Смирна (Измир) - Дарданелла - Константинополь - Самсун - Трабзон - Констенджи (Констанца) - Одесса9. В донесениях сообщалось, что «расписание не было выдержано ввиду успеха выставки, она задерживалась». Только в Константинополе выставку посетило 70 тыс. человек10. 

Для организации приема плавучей выставки в Бейруте была организована комиссия, в состав которой вошли князь Гагарин, Секретарёв, агент РОПиТ Валадье и др. О выставке сообщали газеты11. В отчете послу в Константинополе заведующий выставкой писал из Бейрута: «Все участники Русской плавучей выставки постановили довести через меня до сведения Вашего Высокопревосходительства о примерном порядке, организованном Генеральным консулом в Бейруте совместно с местным Комитетом для оказания возможного содействия успеху Русской плавучей выставки. Князь Гагарин и чины организованного Комитета с раннего утра до позднего вечера оставались на пароходе, руководя порядком, а княгиня Гагарина своим участием в продаже кустарных изделий внесла в жизнь нашей выставки много оживления»12. 

Из этого же отчета узнаём другие любопытные подробности: «Местное население отнеслось к выставке, так наглядно показавшей цветущее положение нашей промышленности, хотя многие из крупных наших фирм не участвовали в ней, с большим сочувствием и искренним желанием вступить в прочные постоянные торговые отношения с Россией. Многие фирмы немедленно сделали заказы нашим заводам, но другие не могли это сделать вследствие обилия заказов и неподготовленности заводов для выполнения их к назначенному сроку. Тем не менее начало сделано, и лишь от наших купцов зависит теперь удержать за собой рынок, которым им легко завладеть. Меня пугает лишь известное отсутствие духа предприимчивости у них, их неуверенность в своей силе и боязнь перед иностранной конкуренцией, при которой они без борьбы складывают оружие, не давая себе труда сравнивать свои товары с теми изделиями сомнительного качества, которыми германские, австрийские и даже французские и английские заводы наводняют турецкий рынок»13. 

Газета «Аль-Муфид» от 20 января 1910 г. перечисляла ряд предлагаемых товаров: «На русской выставке находятся: машины для строительства судов, автомобилей, железных дорог, трамваев.»14. Другая газета, «Лё Ливан», опубликовала 23 января 1910 г. статью «Россия и торговля», перевод которой приводится в отчете генконсула. В ней говорится: «Мы посетили русский корабль “Император Николай II”, который содержит универсальную выставку русских продуктов... Мы отметили, что русские не только богаты продуктами промышленности и сельского хозяйства, но также своим великодушием... Выставка делится на две отдельные части, на двух этажах. Мы нашли там различные выставленные продукты и конфекцион всех сортов, которые нельзя перечислить. Мы видели машину для производства стеклянных изделий, сельскохозяйственные машины, мельничные жернова, наковальни, молотки, ткани всех сортов для мужчин и женщин, фаянс, глиняные и стеклянные вазы, ножи различных размеров, игрушки, чай, церковную утварь, ковры, зерно, муку, стулья, диваны, обувь, кожи, книги, бумагу, наконец, все то, в чем нуждается публика... Красота этой индустрии исключительна, и мы никогда не думали, что в России есть руки для подобной работы.»15. 

О том, что русская выставка имела оглушительный успех у публики, писал в своем донесении посол Чарыков: «что поражает большинство здешней публики, это новое представление, которое им приходится составить себе о русской культурности. До сих пор многие иностранцы - и не в одной Турции - смотрят на Россию как на страну белых медведей и казаков, пожирающих сальные свечки. Такие понятия должны исчезнуть навсегда в уме каждого, кто взглянет на те действительно образцовые произведения русской техники, русского вкуса и русского образования, которыми изобилует наша плавучая выставка. 

Пусть она обходит турецкие порты. Пусть она побывает и в Пире, и на Крите, и в Александрии - мне говорят, что такую выставку зовут также в Италию и Северную Америку. Пусть иностранцы увидят у себя перед глазами обязательные проявления русской культуры. От этого могут только выиграть и обаяние русского имени, и русские политические интересы»16. 

В Архиве внешней политики Российской империи хранится копия письма Совета съезда горнопромышленников Юга России императорскому послу в Константинополе от 26 мая 1910 г., касающегося вопроса о Торговом комитете. Русский Торговый комитет был организован в ноябре 1909 г. в ожидании плавучей выставки и для содействия ее успеху. В него вошли представители РОПиТ, русского Банка для внешней торговли, отделения Страхового общества «Россия», Общества «Восток» и другие17. Из этого письма следует, что посол, вдохновленный итогами Русской плавучей выставки, выступил 14 марта 1910 г. с предложением учредить в Константинополе постоянный Торговый комитет, «который впоследствии мог бы преобразоваться в Русскую торговую палату». В ответ на это с 28 марта по 2 апреля был созван экстренный съезд горнопромышленников юга России, который «единогласно высказался за учреждение постоянного Торгового комитета», во всем согласившись с предложениями посла. При этом предполагалось выдвинуть этот вопрос на обсуждение Всерос�