ХХV-летие русских школ в Бейруте и служение в них М. А. Черкасовой
Общий вид Бейрута.
"Палестинская" коллекция фотографий Императорского Православного Палестинского Общества в ГМИРе
Неудивительно поэтому, что он служит и средоточием сирийской образованности и издавна привлекает к себе внимание всех насадителей культуры и христианства среди туземцев. Здесь с ХVII века ведут между собою соревнование на почве прозелитизма миссии католические и протестантские, а в деле создания школ всевозможных типов от начальных до университетов, с выдающимися научными силами в факультетах филологическом и медицинском, соперничают Франция, Австрия, Италия, Англия, Германия и отдаленная Америка. Позднее других народностей выступила здесь на поле культурно-просветительного соревнования православная Россия под видом Императорского Православного Палестинского Общества. Что же касается создания в Бейруте русских школ и их громадного влияния на местное православное население, то мы в этом отношении исключительно обязаны энергии и педагогическому прирожденному таланту их начальницы Марии Александровны Черкасовой, целых ХХV лет своей жизни безраздельно посвятившей этим школам.
Мария Александровна Черкасова, почетный член Императорского Православного Палестинского Общества.
Фото 1914 г. из архива ИППО на Сергиевском подворье в Иерусалиме
Уроженка Новгородской губернии, дочь дворянской семьи, один из предков коей имел счастье состоять воспитателем по строевой части Августейших Детей Государя Императора Николая Павловича, Мария Александровна весьма рано почувствовала страстное влечение и горячее желание посвятить себя всецело педагогическому поприщу. С этою целью она в 70 годах прошлого столетия открыла школу в родном именье Боровичского уезда для обучения грамоте детей местных крестьян и трудилась в ней безмездно несколько лет. Идеально настроенная М. А., воспитанная с детства в высоких христианских строго православных началах, увлеченная слухами о выдающихся миссионерских успехах апостола среди язычников-японцев архиепископа японского Николая и о той высокохристианской жизни, какая установилась среди тамошних прозелитов, пожелала и свои силы и знания испробовать на миссионерском поприще в Японии. Здесь, усердно изучая чуждый ей дотоле язык, Мария Александровна была в течение трех лет полезной помощницей апостолу Японии архиепископу Николаю в его катехизаторских школах и главным образом в школах для христианок –японских женщин. Но прирожденная, редкая в женщине, независимость ее характера, соединенная с настойчивостью и горячностью, привела ее в некоторое столкновение с почтенным начальником нашей японской миссии, и она добровольно решилась покинуть Японию.
Генеральный консул России в Бейруте Константин Дмитриевич Петкович (1824-1898), почетный член Императорского Православного Палестинского Общества.
Фото сделано 1 октября 1888 г. в Иерусалиме - в день награждения орденом св. Анны 1-й степ. во время паломничества на Святую Землю Председателя ИППО великого князя Сергея Александровича. Орден вручил великий князь на торжественном обеде после освящения церкви Марии Магдалины в Гефсимании.
Фото из архива праправнучки Татьяны Панкратьевой
Возвращаясь морем на родину, Мария Александровна Черкасова пожелала по пути посетить Св. Землю и помолиться у Живоносного Гроба Господня. Много наслышавшись в Иерусалиме о полезной, плодотворной и неусыпной для блага православной церкви и к славе нашего отечества деятельности приснопамятного начальника русской Духовной Миссии, о. архимандрита Антонина Капустина, она быстро сблизилась с ним и с полною готовностию предложила ему свои услуги и свой педагогический опыт для открытой им женской арабской школы в Бет-Джале. И только выше описанные нами черты ее независимого и упрямого характера помешали крайне осторожному о. Антонину принять к себе в школу Бет-Джалы столь опытную и всей душой любящую педагогическое дело учительницу и начальницу. Более решительным в этом вопросе оказался незабвенный секретарь Палестинского Общества, покойный В. Н. Хитрово, который, насаждая русские школы в Св.Земле, пожелал приютить у себя эту полезную труженицу и открыть для нее широкое и плодотворное поле для деятельности. В. Н. Хитрово отправил М. А. Черкасову в Бейрут для преподавания русского языка в местную православную школу, в которой с 1885 года русскому языку обучал сирийских детей бывший питомец Московской духовной Академии, ныне заслуженный почтенный начальник Назаретской, имени В. Н. Хитрово, учительской семинарии А. Г. Кезма, дамасский уроженец. Православная школа в Бейруте, находилась под покровительством русского генерального консула К. Д. Петковича, принимавшего горячее участие в деятельности Палестинского Общества на Ближнем Востоке, и пользовалась со стороны Общества субсидиею. Отправляя М. А. Черкасову в Бейрут к К. Д. Петковичу, В. Н. Хитрово снабдил ее весьма любопытным письмом, в котором сделал откровенную и беспристрастную характеристику будущей создательницы русских школ в Бейруте.
«В последнем письме к Вам, писал 20 февраля В. Н. Хитрово К. Д. Петковичу, Михаил Петрович (Степанов) писал о нашем предположении: послать в ваше распоряжение, кроме русского учителя, и русскую учительницу. Мы для этого имеем очень подходящую особу, и рады были бы употребить ее с пользою. На первое время она могла бы только преподавать русский язык в женской школе в Бейруте, и в месяцев 6 такого преподавания осмотреться и ознакомиться настолько, чтобы сообразить главное, как устроить и свое женское училище, буде в нем явится потребность. Где? В Бейруте, Акре, Кайфе или Яфе - покажет время. Она еще для нас важна на случай, если бы по каким-нибудь обстоятельствам пришлось заместить наших учительниц в Назарете или Бет-Джале. Да и учительницы эти, зная, что есть для них готовая заместительница, не так бы привередничали. Эта женщина не молодая, опытная и энергичная, хотя и ей ставят в упрек упрямство и недостаток выдержки. Что делать - ангелов не найдешь».
М. А. Черкасова, явившись в Бейрут, не нашла для себя удовлетворения в местной православной школе, о которой опытный педагог В. П. Кулин, посетивший пред тем Бейрутские православные и инославные школы, дал такой неблагоприятный отзыв: «православные, коренные обитатели страны, предоставленные собственным своим силам, не создали для себя ничего, более или менее равно значительного иностранным заведениям, и по количеству и по качеству устроенных ими школ стоят на последнем месте».
Группа учеников и учительниц школы св. пророка Илии в Бейруте
Группа учеников и учительниц школы св. пророка Илии в Бейруте.
В черном платье М.А. Черкасова
В виду этого М. А. Черкасова стала домогаться к началу следующего учебного года открыть самостоятельную русскую школу, что и было сделано К. Д. Петковичем, весьма неблагосклонно встретившим ее на первых порах в Бейруте. «После долгих поисков и хлопот» 22 сентября 1887 года покойным бейрутским митрополитом Гавриилом, жившим долго в России и весьма недурно владевшим и русским языком, была освящена в нижней части города, в квартал Мусайтебе, среди беднейшего православного населения, в доме, который был нанят за 4,500 пиастров, первая русская школа в Бейруте, и с этих пор в течение ХХV лет Мария Александровна, «во славу Божию», не смотря на свой преклонный возраст и серьезные немощи, неустанно трудится для блага сирийской церкви и для славы своего отечества на поприще педагогическом.
М. А. Черкасова, совершенно не владевшая арабским языком, чтобы войти в сношения с местным туземным населением, пригласила в помощницы себе Афифе Дмитриевну Абдо, не знавшую совершенно русского языка вступившую в общение с своей начальницею на французском языке, который она несколько изучила в инославных школах. Об открытии русской школы в Бейруте с М. А. Черкасовой во главе г-жа Абдо рассказала недавно в специальной брошюре под заглавием: «Во славу Божию»1), в статье: «Об основании Бейрутских школ Императорского Православного Палестинского Общества». Хотя этот рассказ на русском языке ведется ею не вполне вразумительно и последовательно и переполнен по местам фантастическими вымыслами, но из него все же можно извлечь некоторые любопытные черты для характеристики главной и доселе почти единственной помощницы М. А. Черкасовой по управлению и надзору за всеми русскими школами в Бейруте.
А. Д. Абдо - дочь бедных православных родителей из туземцев Бейрута, обладавших малым достатком и большою семьею, состоящею из пяти дочерей. Афифе Дмитриевна (родилась в 1864 г.) была старшею дочерью в семье и начала обучаться грамоте с трех лет под руководством одной Седнайской монахини. Обучение это, однако же, шло медленно, и на 8 году она едва начала читать и писать. Учительницы в школе часто менялись, и «воде они были в одном духе протестантском», а посему сведений по Закону Божию православной церкви Афифе Абдо не могла здесь получить, хотя, по ее словам, она «жаждала понимания, искала, где находится человек, который понимает православную веру, чтоб к нему прилепиться, или хоть что-нибудь от него узнать». «Кое-что сообщила ей о вере одна очень религиозная, но необразованная» гречанка. Когда ей было 15 лет, родители отдали ее в католическую Школу Soeurde Сharité, в которой Афифе Абдо изучала французский язык в течении двух с половиною лет, с обязательством посещать ежедневно католическая мессу и проповедь и еженедельно слушать у ксендза объяснение катихизиса. Познакомившись случайно с очень набожной православной девицей, предостерегавшей ее словами: «ты будешь католичкой, если решишь продолжать ходить к католикам», А. Абдо задумала покинуть католическую школу и, «оставаясь в дружбе и до сих пор изредка посещая» своих учительниц (стр. 8), поступила учительницею маленьких детей в школу трех святителей к своей православной знакомой начальнице, открывшей женский пансион Заграт-и-лихсан, т. е. цветок милости, и устроившей потом и доселе существующий женский монастырь. Пробыв два года в школе трех святителей, в 1887 г., на 23 году своей жизни, во время обозрения Бейрутских школ В. П. Кулиным, посетившим вместе с М. А. Черкасовой и ее школу, она познакомилась с этой последнею, и произвела на нее весьма благоприятное впечатление настолько, что между ними скоро установилась симпатия. М. А. Черкасова пригласила А. Абдо к себе в помощницы в открытую ею первую русскую школу. Так как французский язык мало помогал их взаимному сближение, то обе они решились подвергнуть себя взаимному обучению: М. А. Черкасова начала под руководством А. Абдо учиться разговорному арабскому языку, а эта последняя брала у своей начальницы уроки русского языка. Результаты получились для обеих вполне благоприятные: М. А. Черкасова ныне прекрасно владеет арабским языком и разговорным, и кн