В Бозе почивший митрополит Петербургский Антоний и его сношения по делам церковным с Православным Востоком. А.А. Дмитриевский

Дмитриевский А.А.
Правдиво искреннее и глубоко прочувствованное слово о почившем в Бозе первоиерархе Русской Церкви Высокопреосвященном митрополите Антоние, как человеке в высокой степени гуманного, благородного сердца и как талантливом, любимом сослуживцами и студентами профессоре мы выслушали сейчас с живым интересом из уст близко к нему стоявшего со студенческой скамьи до самой кончины и искренно ему преданного ученика и сослуживца - Высокопреосвященнейшего экзарха Грузии архиеп. Иннокентия, а посему на себя мы берем смелость в настоящем высокочтимом собрании коснуться лишь той стороны его деятельности, которая сравнительно мало известна широкой публике, но которая ярко рисует перед нами личность почившего иерарха, как просвещенного, весьма вдумчивого и крайне осторожного первенствующего члена Св. Синода - об отношении его к Церквам Православного Востока.

Почивший митрополит Антоний призван был на митрополичью кафедру столицы и потом сделан первенствующим членом Св. Синода в порядке необычном, каким достигали этого высокого иерархического положения в нашей Русской Церкви немногие из его приснопамятных предшественников. Почти тринадцать лет (с 1870 по 1883 г.) - учено-кабинетной профессорской жизни в качестве мирянина и счастливого семьянина, девять лет (с 4 марта 1883 г. по 1892 г.) - в сане иеромонаха, архимандрита и еп. Выборгского, викария Петербургской епархии, службы учено-педагогической в качестве инспектора и ректора высшей богословской школы, шесть лет (1892-1898) - в качестве архиепископа новой и небольшой, но весьма своеобразной по своему строю церковно-общественной жизни Финляндской епархии, с правом постоянно проживать в С.-Петербурге и принимать самое деятельное участие в делах высшего церковного управления по обязанности члена Св. Синода, и, наконец, 14 лет (с 1898 по 1912 г.) в качестве митрополита царствующего града, а с 1900 г., т.е. последние 12 лет, и первенствующего члена Св. Синода - вот тот путь, по которому прошло служение его св. Православной Церкви и богословской науке. Вполне естественно поэтому, что в его лице выработался иерарх с ясным пониманием насущных нужд и запросов нашей Русской Церкви в связи с ее положением в среде других автокефальных Церквей Православного Востока, в частности, и значения Православия в судьбе Христовой Церкви на земле вообще. Отсюда его настойчивое стремление установить самую живую и непрестанную связь и братское единение в союзе мира и любви между Русскою Церковью и Церквами Православного современного Востока.

Причин и поводов для этого у почившего владыки было много. Прежде всего - его собственное назначение Высочайшею волею в качестве первенствующего члена Св. Синода в 1900 г. В ответ на свое "исполненное истинной братской любви" послание Патриарху Вселенскому Константину V с просьбой и "упованием на Богоприятное молитвенное предстательство его пред Верховным Пастыреначальником об укреплении сил его к достойному совершению возложенного на него подвига высокого и многотрудного служения Церкви Божией", митрополит Антоний получил замечательное ответное письмо из Константинополя от 17 ноября 1900 г., укрепившее его в великой жизненной пользе этого постоянно живого общения между Православными Церквами. "Следуя доброхранимомуобьиаю, - писал Патриарх Константин V, - обмениваться взаимообщительными грамотами о происходящих по временам личных переменах в высшем управлении поместных святых Божиих Церквей, в доказательство единства веры и союза братской любви, превожделенное нам достопочитаемое Ваше Преосвященство сообщило нам, от 2-го минувшего месяца в почтенном своем послании, что после преставления в небесные обители приснопамятного митрополита Киевского и Галицкого Иоанникия, по Высочайшему повелению Благочестивейшего и Самодержавнейшего Императора, на место первенствующего члена Св. Правит. Синода сестры - Церкви Российской - призвано достолюбезное нам и достопочитаемое Ваше Преосвященство. Итак, выслушав недавно в Синоде с любовью и вниманием это братское сообщение и вознесши в сердце своем снова моления об упокоении и вечной памяти славного предшественника Вашего, мы прославили Всеблагого Бога, что в непрестанном Своем Божественном промышлении о святой Церкви Он премудро всякий раз врачует и восполняет образующуюся пустоту, указывая наиболее соответствующих для преемства и восприятия свободного жребия служения и апостольства во благо Церкви служителей. Теперь же с радостью подвигаясь к ответу, мы сердечно приветствуем, по случаю совершившегося благоприятного исправления дел, возлюбленную во Христе и превожделенную сестру - Церковь Российскую и превожделенное и достопочитаемое Ваше Преосвященство, - первую потому, что она имеет доблестнейшего в своем административном достоинстве служителя, приобретшего своим образованием, добродетелями и боголюбивым характером почетное имя у всех начальствующих и подчиненных, заслуженно пользующегося почетнейшею славой и за необозримыми пределами Богом хранимой Российской Державы в сестриных Церквах; а достопочитаемое Ваше Преосвященство [приветствуем] потому, что столь достойно почтены доселе труды и заслуги Вашего Преосвященства и Ваши дарования и добродетели с пользою приносятся во благо Церкви Господа, юже стяжал Он кровию Своею".

Впрочем, симпатии к Православному Востоку у митр. Антония зародились еще на профессорской кафедре под влиянием изучения им истории христианской проповеди в Византии в ее "золотой век" и у болгар в "век расцвета письменности" при царе Симеоне Книголюбце. Выступление владыки-митрополита Антония в качестве активного деятеля высшего церковного правления падает к тому же на время, весьма знаменательное в истории восточных Церквей во многих отношениях. После кратковременного управления Великой Константинопольской Церковью Анфима VII и туркофила Константина V, на престол св. Иоанна Златоуста 26 мая 1901 г. возвратился, после семнадцати лет уединения на св. Афонской горе, еще в полной крепости сил физических и духовных, испытанный и мужественно стойкий борец за права и привилегии св. Православной Церкви, Патриарх Иоаким III. На кафедре евангелиста Марка 22 августа 1899 г. тихо догорела жизнь глубокого старца - Патриарха Софрония IV, некоторое время занимавшего престол Вселенского Патриарха, и в 1900 г. был возведен единодушным избранием народа на кафедру здравствующий и доселе просвещенный Патриарх Фотий (Пероглу), заявивший себя весьма энергичной деятельностью еще в Иерусалиме в качестве Филадельфийского архиепископа с 1897 г. и Назаретского митрополита с 1899 г. Престол апостола Иакова в Иерусалиме, после кончины просвещенного Патриарха Герасима, в 1897 г. занял благостный и весьма добрый сердцем Патриарх Дамиан, здравствующий и доселе, хотя удрученный и почтенными летами, и особенно теми печальными нестроениями, какие ему пришлось пережить в последнее время, когда там началось т.н. "арабское движение", далеко еще не закончившееся совершенно. В Антиохийском Патриархате, после крайне печального правления на престоле св. апп. Петра и Павла грека Спиридония (1891-1897), поднялось движение в пользу туземной арабской церковной власти, завершившееся избранием Патриарха Мелетия в 1899 г. и объявлением со стороны Православной Греко-Восточной Церкви схизмы, которая прекратилась лишь со смертью Патриарха Мелетия и избрания на его место здравствующего ныне Патриарха Григория V. Неурядицы в Сербской церкви при короле Милане, "болгарская схизма", открытие новой епископской кафедры в Черногории, недавние смуты в Кипрской церкви и многие другие важные явления в Церквах Православного Востока, греческого и славянского, приковывали к себе внимание просвещенного и вдумчивого первенствующего члена Св. Синода митр. Антония и вынуждали его входить в переписку с восточными иерархами и даже державными правителями.

Митр. Антоний во Вселенском Патриархе Иоакиме III чтил строгого ревнителя веры православной, мужественного борца за права Церкви Христовой и в личной жизни сурового аскета-подвижника, своими неусыпными целонощными бдениями и молитвами изумлявшего даже святогорских анахоретов. Патриарх