ИМПЕРАТОРСКОЕ ПРАВОСЛАВНОЕ ПАЛЕСТИНСКОЕ ОБЩЕСТВО

У Христа за пазухой

Как живёт приход во имя святой преподобномученицы Великой княгини Елисаветы Феодоровны в Екатеринбурге, который вернул слову «богадельня» старый добрый смысл – в материале URAL.AIF.RU.

Песня Анны

Анна Ивановна поёт что-то нежное, мелодичное, глядя в окно, за которым сочная майская зелень. Голос у неё не по возрасту звонкий, чистый. Сёстры милосердия говорят, что среди всех подопечных Обители милосердия она, пожалуй, самый радостный, общительный, неунывающий человек. А ведь не так давно женщина потеряла дар речи вследствие инсульта и тяжело переживала свой недуг – ушла в себя, потеряла интерес к жизни. Потом было падение, после которого обходиться без посторонней помощи она уже не могла, так и оказалась в православной богадельне. Деликатный, но тщательный уход и реабилитационные занятия сделали своё дело – Анна Ивановна ожила, посвежела и пусть не как прежде, но заговорила и… запела.

Обитель милосердия в Екатеринбургской епархии открылась двенадцать лет назад по благословению владыки Викентия. Койки тогда можно было посчитать по пальцам одной руки, сегодня в богадельне 15 подопечных разного возраста, разного вероисповедания (плюс атеисты), с разными диагнозами, в разном состоянии. Объединяет их всех одно – эти люди уже не могут обходиться без посторонней помощи.

Доброе отношение, тщательный уход и реабилитация творят чудеса. Фото: АиФ/ Рада Боженко

«Мы действительно не отбираем наших подопечных по вероисповеданию, например, – рассказывает специалист по социальной работе Обители милосердия Маргарита Гетман. – Но бывает, что человек, будучи убеждённым атеистом, принимает у нас в храме крещение. В храм на службы мы тоже подопечных вывозим на колясках по их желанию, для многих это как выезд в свет. Знаете, после литургии, после причастия наши подопечные в таком ровном, хорошем настроении, лежат – улыбаются, светло так».

По словам Маргариты, богадельня рада была бы принять всех, кто к ним обращается, но ограниченные ресурсы не позволяют. Поэтому по звонку от соседей потенциального подопечного из больницы на место отправляется выездная бригада в составе старшей сестры милосердия и врача. Они оценивают реальное положение человека, выясняют, действительно ли за ним некому ухаживать. О результатах диагностики докладывают батюшке – иерею Василию Байшеву. Именно он принимает нелёгкое решение – брать человека в богадельню или же обучить тех, кто должен и может нести этот крест, уходу за тяжелобольным.

Фото: АиФ/ Рада Боженко

А вот тяжесть состояния вообще никакой роли не играет. Сёстры вспоминают женщину, которая, казалось, была совсем безнадёжной. Когда выездная бригада прибыла в больницу, медперсонал недоумевал: «А что смотреть? Всё уже». Бедняжку взяли в Обитель милосердия несмотря на трахеостому, гастростому, мочеточниковый катетер. И занимались с ней, будто есть какая-то надежда… В это трудно поверить, но женщина потихоньку начала восстанавливаться и в итоге ушла из богадельни своими ногами, без трубочек. Когда ей оформляли инвалидность, в обитель приехала врач из больницы и, проговорив с пациенткой о жизни больше часа, заплакала: «Ради этого стоит жить и работать».

Шагом марш!

С Божьей помощью в богадельне удалось оборудовать комнату для реабилитации (кроме тренажёров, в реабилитации участвует и коты Уголёк и Ластик – судя по упитанности, «жалованье» они получают приличное). Недоброжелатели фыркали, мол, какой в этом смысл? Огромный, считают сотрудники обители. Пока у человека есть хоть малейший потенциал, его нужно использовать. Правда, далеко не все подопечные разделяют эту точку зрения – многие ленятся шевелиться, капризничают. Ворчат, когда один из братьев обители Евгений Кузовников – между прочим, бронзовый призёр Паралимпийских игр в Пекине – настаивает на зарядке, а другой брат Игорь Пастухов – ветеран боевых действий в Чечне – на строевой подготовке. Ворчат, но подчиняются уговорам и под команду «Шагом марш!» дружно, кто как может «шагают», сидя на колясках.

Фото: АиФ/ Рада Боженко

«Движение – это жизнь, – говорит старшая сестра милосердия Анна Бородина. – Поэтому мы стараемся, чтобы наши подопечные по мере возможности двигались. Обязательно вывозим их на прогулку, всевозможные мастер-классы у нас проводятся, не так давно художница приезжала в гости, все вместе картины рисовали – они теперь в комнатах в рамочках висят. Надо отдать должное, наши подопечные стараются и друг другу помочь. Смотришь, порой женщина на коляске соседку лежачую кормит, например».

Удивительно всё-таки мир устроен. С одной стороны, богадельня живёт благодаря добрым людям, которые жертвуют деньги, продукты, вещи, своё время, – добровольцы здесь всегда желанные гости. С другой стороны, недоброжелателей тоже хватает. Обитель милосердия и приход во имя святой Елисаветы Феодоровны расположились на первом этаже двухэтажного дома, жильцы которого были от такого соседства, мягко говоря, не в восторге. Говорили даже, что лучше бы с домом терпимости здание делить, и строили всяческие козни. Сейчас, благодаря вмешательству разных ведомств (в том числе прокуратуры), война перешла в разряд холодной. Но во двор своих подопечных сёстры всё же не вывозят, от греха подальше.

Как могут тихие, немощные в основном старички раздражать просто своим присутствием – загадка. Глядя на них, думаешь, что «Божьи одуванчики» – определение не только не обидное, а очень даже трогательное и точное. Скажем, Ларисе Алексеевне Дмитриевой – практически легенде обители – оно бы очень подошло. До ста лет эта удивительная женщина, духовная дочь отца Иоанна Шанхайского и Сан-Францисского, прославленного в лике святых, жила самостоятельно, ходила в храм, готовила на весь приход угощение. Потом упала и – перелом шейки бедра. В Обители милосердия Лариса Алексеевна прожила ещё шесть лет, и за это время никто не услышал от неё ни одного горького, жалобного, печального слова. А как достойно она уходила… Развившаяся гангрена требовала операции, врачи сомневались – порядком изношенное сердце могло не выдержать. Лариса Алексеевна все сомнения разрешила, сказав, что хочет уйти из жизни в сознании, среди людей, ставших родными, а не в операционной.

Мать не могла иначе

В уголке кровати Натальи Ивановны рядком сидят игрушки, возглавляет коллекцию красавица в бальном платье и шляпке от лучших модисток – столь добрых и уютных советских кукол сейчас, увы, не делают. «Таких кукол раньше на капоты свадебных машин сажали, помните? – говорит Наталья Ивановна, и взгляд её по-детски теплеет. – Я очень люблю игрушки».

Когда мы заходили в эту комнату, соседка Натальи Ивановны, Лия, подъехав к кровати на коляске, помогала женщине удобнее устроиться. 24-летняя Лия – самая молодая подопечная богадельни и, между прочим, дипломированный специалист. Несмотря на тяжёлый недуг – ДЦП – девушка окончила Уральский государственный педагогический университет. «Новорождённому» специалисту по социальной работе хватает этой работы в самой обители. Кроме того, Лия пишет для обители тексты на сайт.

Когда мы заходили в эту комнату, соседка Натальи Ивановны, Лия, подъехав к кровати на коляске, помогала женщине удобнее устроиться. Фото: АиФ/ Рада Боженко

Много лет назад перед семьёй девочки встал выбор – сделать дорогостоящую операцию на сердце маме или не менее дорогостоящую операцию дочке, благодаря которой Лия смогла бы наконец распрямлять ножки. На два хирургических лечения денег не было. Разумеется, мама сделала выбор в пользу ребёнка. Она умерла, когда Лие было всего 14 лет… Девочку продолжала воспитывать бабушка, но сейчас она уже в очень почтенном возрасте и ухаживать за внучкой сил нет. «Мы все могли бы поучиться у Лии терпению, смирению, выдержке», – говорят сёстры. И добавляют: «Ей очень нужны друзья, общение со сверстниками, вдруг кто-то об этом прочитает и приедет к Лие в гости».

…Здесь все всё понимают. История женщины, ушедшей из обители на своих ногах, – единичный случай. Большинство подопечных богадельни уходят в мир иной, на Лесном кладбище они все лежат рядышком, сёстры ухаживают за родными могилками и поминают всех усопших (в том числе и тех, кто так и не принял крещение) в молитвах. И всё же здесь, в Обители милосердия, не чувствуешь душевной тяжести. Напротив, душа здесь поёт. Звонко и радостно, как Анна Ивановна. Не зря же один из приделов храма освящён в честь иконы Божией Матери «Утоли моя печали».

Источник: «Аргументы и факты»