ИМПЕРАТОРСКОЕ ПРАВОСЛАВНОЕ ПАЛЕСТИНСКОЕ ОБЩЕСТВО

Стихи о Библии и Евангелии

Стихи о Библии и Евангелии

Библия

В тиши полуразрушенной гробницы
Нам истина является на миг.
Передо мной заветные страницы,
То Библия, святая книга книг.

Людьми забытый, сладостный родник,
Текущий близ покинутой станицы.
В раздумьи вкруг него, склонив свой лик,
Былых веков столпились вереницы.

Я вижу узел жизни — строгий долг —
В суровом Пятикнижьи Моисея;
У Соломона, эллина-еврея,
Любовь и жизнь одеты в яркий шелк,
Но Иов жизнь клянет, клянет, бледнея,
И этот стон доныне не умолк.

Константин Бальмонт
Из сб. "В безбрежности". 1895 — Зима



Над Евангелием

Если в жизни, судьбою гонимый,
Духом слабым, мой друг, упадешь,
Обратись к этой книге священной:
В ней ты силы к борьбе почерпнешь,
Разверни ты Святые страницы,
Ты проникнись священным огнем.
Ты в слова с чистотой голубиной
Вникни сердцем своим и умом!..
И тогда отдохнешь ослабевшей душой
В этом миpе наживы и муки, —
И с надеждою, с верой, с любовью Святой
Ты подымешь к Распятому руки.

(«Ен. Е. В».)
Священник Иоанн Благодатов.
«Воскресный день», иллюстрированный журнал для чтения в христианской семье, №8, 1903. Москва



Новый Завет

Измученный жизнью суровой,
Не раз я себе находил
В глаголах Предвечного Слова
Источник покоя и сил.

Как дышат святые их звуки
Божественным чувством любви,
И сердца тревожные муки
Как скоро смиряют они!...

Здесь все в чудно-сжатой картине
Представлено Духом Святым:
И мир, существующий ныне,
И Бог, управляющий им,
И сущего в мире значенье,
Причина, и цель, и конец,
И вечного Сына рожденье,
И крест, и терновый венец.
Как сладко читать эти строки,
Читая, молиться в тиши,
И плакать, и черпать уроки
Из них для ума и души!

И. С. Никитин (1824-1861)


Евангелие

Благоговейною рукою
Касаюсь вещих я листков,
И путеводною звездою
Мне в них сияет свет Христов.

В минуты скорби и сомнений,
В часы невыплаканных дум,
Где вожделенных разрешений
Отыщет истомленный ум?

И за страницею страница
Мне вечной правдою горит,
И все тут, все - слова и лица -
Успокоенье мне дарит.

Готов презреть я жизни холод,
Ее томящий, смутный гнет,
И сердцем снова свеж и молод
Гляжу с надеждою вперед.

Н.И. Позняков (1856-1910)


Библия

О, книга книг! Кто не изведал,
В своей изменчивой судьбе,
Как ты целишь того, кто предал
Свой утомленный дух - тебе!

В чреде видений неизменных,
Как совершенна и чиста -
Твоих страниц проникновенных
Младенческая простота!

Не меркнут образы святые,
Однажды вызваны тобой:
Пред Евой - искушенье Змия,
С голубкой возвращенной - Ной!

Все, в страшный час, в горах, застыли
Отец и сын, костер сложив;
Жив облик женственной Рахили,
Израиль-богоборец - жив!

И кто, житейское", отбросив,
Не плакал, в детстве, прочитав,
Как братьев обнимал Иосиф
На высоте честей и слав!

Кто проникал, не пламенея,
Веков таинственную даль,
Познав сиянье Моисея,
С горы несущего скрижаль!

Резец, и карандаш, и кисти,
И струны, и певучий стих -
Еще светлей, еще лучистей
Творят ряд образов твоих!

Какой поэт, какой художник
К тебе не приходил, любя:
Еврей, христианин, безбожник,
Все, все учились у тебя!

И сколько мыслей гениальных
С тобой невидимо слиты:
Сквозь блеск твоих страниц кристальных
Нам светят гениев мечты.

Ты вечно новой, век за веком,
За годом год, за мигом миг,
Встаешь - алтарь пред человеком,
О Библия! о книга книг!

Ты - правда тайны сокровенной,
Ты - откровенье, ты - завет,
Всевышним данный всей вселенной
Для прошлых и грядущих лет!

Брюсов Валерий Яковлевич
1918